Бесплатная горячая линия

Главная - Другое - Давление суда на заявителя

Давление суда на заявителя

Как доказать в суде факты психологического давления при увольнении?


Мою подругу уволили в июле этого года по статье 77, ч.1,п1 КЗОТ РФ, то есть по соглашению сторон. Сейчас она подала в суд за восстановление на работе и в ноябре будет заседание. Я вызвалась сопровождать ее, чтоб ей хотя бы дали слово сказать в свою защиту и вскоре обнаружила, что в ее деле есть признаки психологического насилия, которые превратили еще полгода назад здоровую и жизнерадостную женщину в депрессивную развалюху.

В результате, почти обездвиженная, она попросила меня представлять ее интересы. По анализу судебной практики я поняла, что при избавлении от «неугодных» пользуются схемой психологического давления через обман,клевету(объявление несоответствия квалификации и даже запись о том в трудовой книжке и анyулирование ее вслед за согласием подписать соглашение о расторжении трудовых отношений), дезинформирование и уничижение, которое сужает свободу воли жертвы и заставляет совершать противоречивые поступки, такие как подписание соглашения и приказа о расторжении трудового договора на основании соглашения. Доказать это, как вы понимаете, трудно.

Во всяком случае, я не нахожу судебных прецедентов. Можете ли вы чем-то помочь? 05 Ноября 2016, 17:14, вопрос №1431037 Anna, г.

Москва Уточнение клиента Триггером «кошмарения» послужило заявление подруги в начале этого года с просьбой не сдавать экзамен на приближающейся аттестации(раз в пять лет), имеющий весьма отвлеченное отношение к исполняемой работе(таким образом она решила разрушить пагубную традицию). Ответа она не получила. А на следующий день после проведения аттестации(она была в тот день в отгуле и ей предварительно сказали, что ее присутствие не является необходимым) ее уведомили, что аттестационная комиссия установила несоответствие квалификации занимаемой ею должности). Основанием решения явилось поданное три месяца назад заявление, которое было интерпретировано как отказ от аттестации.

Вслед за этим был издан приказ об увольнении по квалификационному несоответствию(все в считанные дни, практически моментально). Она почувствовала обострение болезни(которая ее сейчас почти свалила) и ушла на больничный.

Приказ об увольнении по ст.81, ч.1, п.3 был отменен, о чем она не была поставлена в известность. В день выхода с больничного она была ознакомлена с новым приказом об увольнении со следующего дня, записанным в трудовую книжку.

Она, боясь трудностей в будущем трудоустройстве, написала в тот же день заявление об увольнении по соглашению двух сторон.

На следующий день она подписала само соглашение в совершенно невыгодной для себя формулировке(я лично удивлена).

Днем выхода второго приказа и под тем же номером появился приказ об увольнении по соглашению сторон(она его отказалась подписывать).

И на следующий день ей выдали трудовую книжку с записью об аннулировании предыдущей записи об увольнении по несоответствию и с записью об увольнении по соглашению. Это, по-моему, она тоже не подписала.

Жаловалась в трудовую комиссию и прокуратуру, но безуспешно. Теперь назначили судебное разбирательство. 05 Ноября 2016, 17:52

    , ,

800 стоимость вопросавопрос решён Свернуть Консультация юриста онлайн Ответ на сайте в течение 15 минут Ответы юристов (4) 2087 ответов 583 отзыва Общаться в чате Бесплатная оценка вашей ситуации Федько Мария Юрист, г.

Москва Бесплатная оценка вашей ситуации

  1. 583отзыва
  2. 2087ответов

Здравствуйте. Если имело место принуждение к подписанию соглашения о расторжении трудового договора, то необходимо будет это и доказывать. Что она не добровольно подписала данное соглашения, а под влиянием противоправных действий.

Можете представлять письменные доказательства психологического давления (если они есть), одно, я так понимаю точно есть: объявление несоответствия квалификации и даже запись о том в трудовой книжке и анyулирование ее вслед за согласием подписать соглашение о расторжении трудовых отношенийAnnaТак же свидетельские показания (это могут быть показания коллег, родственников) о принуждении.

05 Ноября 2016, 17:28 1 0 получен гонорар 40% 569 ответов 129 отзывов Общаться в чате Бесплатная оценка вашей ситуации Юрист, г. Воронеж Бесплатная оценка вашей ситуации Здравствуйте, Анна!

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Поэтому необходимо хорошенько позаботиться о доказательственной базе. Доказательства должны подтверждать то обстоятельство, что сопротивляться психологическому давлению со стороны руководства было невозможно.

Как правило, давление происходит в неофициальной, неформальной форме. Однако если имеются диктофонные записи, видео, электронная переписка, смс-сообщения, Вы можете использовать все эти доказательства. Также возникновение конфликтной ситуации могут подтвердить свидетели — коллеги по работе, в том числе ранее уволенные возможно аналогичным путем, контрагенты, ставшие невольными свидетелями «разборок».

Поскольку долгое нахождение в состоянии психологического давления приводит к срывам, нервным расстройствам и т.п., данные обстоятельства могут подтверждаться выписками от врача-невролога, медицинских карт, обследований и т.п., обращение за помощью к психологу. Полезны будут медицинские назначения и чеки на покупку лекарственных средств: антидепрессантов и др. Аналогия при принуждении уволиться по собственному желанию: Апелляционное определение Астраханского областного суда от 30.05.2012 по делу N 33-1592/2012.

05 Ноября 2016, 17:36 0 0 получен гонорар 40% 10,0 Рейтинг Правовед.ru 28595 ответов 12752 отзыва эксперт Общаться в чате Бесплатная оценка вашей ситуации Юрист, г. Кубинка Бесплатная оценка вашей ситуации

  1. эксперт
  2. 10,0рейтинг

Добрый день в ее деле есть признаки психологического насилияAnnaкакие именно? Когда произошло увольнение? 05 Ноября 2016, 17:52 0 0 получен гонорар 20% 778 ответов 129 отзывов Общаться в чате Бесплатная оценка вашей ситуации Юрист Бесплатная оценка вашей ситуации Здравствуйте Анна Мою подругу уволили в июле этого года по статье 77, ч.1, п1 КЗОТ РФ, то есть по соглашению сторон.Annaпросмотрите данные прецеденты (хоть у нас и не прецедентное право) вдруг вам помогут в вашей ситуации, 2.2.1.

Увольнение по п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ признано законным, поскольку предложение работодателя заключить соглашение о расторжении трудового договора само по себе не свидетельствует о понуждении работника к заключению соглашения Апелляционное определение Саратовского областного суда от 24.05.2012 по делу N 33-2643/2012 Требования работника: восстановить на работе.Обстоятельствадела: Работодатель предложил работнице расторгнуть трудовой договор по соглашению сторон (во время ее дежурства из цеха пропали электронные весы). Она была ознакомлена с соглашением, которое впоследствии подписала.Вывод и обоснование суда: Увольнение правомерно. В удовлетворении требований работницы отказано.

Решение суда первой инстанции оставлено в силе.Требования работодателя к работнику соблюдать надлежащим образом условия трудового договора основаны на законе.

Предъявление работодателем претензий работнику не может быть расценено как оказание психологического давления на него. Кассационное определение Верховного суда Удмуртской Республики от 15.06.2011 по делу N 33-2074/11Требования работника: признать приказ об увольнении незаконным, восстановить на работе в прежней должности.Обстоятельствадела: Работник был обвинен в хищении. По предложению работодателя работник подписал соглашение о расторжении трудового договора.Вывод иобоснование суда: Увольнение правомерно.

В удовлетворении требований работника отказано. Решение суда первой инстанции оставлено в силе.Изсодержания ст. 78 ТК РФ следует, что инициатором расторжения договора по соглашению сторон может являться как работник, так и работодатель. Мотивы, по которым каждая из сторон решает выступить с инициативой о расторжении трудового договора по соглашению сторон, правового значения не имеют, поскольку значимым обстоятельством в данном случае является наличие свободного волеизъявления для совершения подобного действия.
Мотивы, по которым каждая из сторон решает выступить с инициативой о расторжении трудового договора по соглашению сторон, правового значения не имеют, поскольку значимым обстоятельством в данном случае является наличие свободного волеизъявления для совершения подобного действия. Из показаний работника следует, что он добровольно подписал соглашение.

Кассационное определение Верховного суда Удмуртской Республики от 06.04.2011 по делу N 33-1118/11Требованияработника: признать запись в трудовой книжке о расторжении трудового договора недействительной, восстановить на работе в прежней должности.Обстоятельствадела: Работодатель, узнав о беременности сотрудницы, которая работала по срочному трудовому договору, предложил написать заявление об увольнении по соглашению сторон, после чего заключить новый трудовой договор (о принятии на другую должность).

Работница написала два заявления: об увольнении по соглашению сторон и о приеме на работу на другую должность. Руководитель наложил на них резолюции, из содержания которых следует, что как увольнение работницы, так и ее прием на работу на другую должность согласованы.Вывод и обоснование суда: Увольнениеправомерно.

В удовлетворении требований работника отказано. Решение суда первой инстанции оставлено в силе.Из содержания ст.

78 ТК РФ следует, что инициатором расторжения договора по данному основанию можетявляться как работник, так и работодатель. Мотивы, по которым каждая изсторон решает выступить с инициативой о расторжении трудового договора по соглашению сторон, правового значения не имеют, поскольку значимым обстоятельством в данном случае является наличие свободного волеизъявления для совершения подобного действия. Из показаний работницыследует, что заявление об увольнении она написала добровольно.На момент написания заявления об увольнении работница действовала в личных интересах, реализовывала предоставленные ей права.

Наступившие впоследствии обстоятельства не могут говорить о незаконности ранее совершенных действий. 2.2.2. Увольнение по п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ признано законным, поскольку критика в адрес работника не свидетельствует о понуждении его кзаключению соглашения Апелляционное определение Челябинского областного суда от 03.09.2013 по делу N 11-8851/2013Требования работника: признать увольнение незаконным, восстановить на работе.Обстоятельствадела: Работодатель предъявил работнице претензии, связанные с ненадлежащим выполнением трудовых обязанностей.

В тот же день она написала заявление об увольнении по соглашению сторон и была уволена по указанному основанию.Вывод и обоснование суда: Увольнение правомерно. В удовлетворении требований работницы отказано. Решение судапервой инстанции оставлено в силе.Доказательств, подтверждающих понуждение ее к написанию заявления об увольнении по соглашению сторон иподписанию соглашения, не представлено.

Предъявление работнице претензий, связанных с ненадлежащим исполнением должностных обязанностей, не может служить достаточным и безусловным основанием для признания факта оказания психологического давления со стороны работодателя. 2.2.3. Увольнение по п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ признано законным, поскольку предупреждение о возможности увольнения по компрометирующему основанию не свидетельствует об оказании давления на работника Апелляционное определение Свердловского областного суда от 14.01.2014 по делу N 33-152/2014Требования работника: признать приказ об увольнении незаконным, восстановить на работе.Обстоятельствадела: Работник совершил дисциплинарный проступок.

Из-за опасений быть уволенным по инициативе работодателя работник подписал соглашение о расторжении трудового договора. Уволен по п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.Выводи обоснование суда: Увольнение правомерно. В удовлетворении требований работника отказано.

Решение суда первой инстанции оставлено в силе.Подписаниесоглашения о расторжении трудового договора, ознакомление с приказом обувольнении, получение трудовой книжки, фактическое прекращение работы вдень увольнения свидетельствуют о намерении работника расторгнуть трудовые отношения.Несостоятельны доводы работника, что спорное соглашение было подписано им под психологическим давлением начальника, поскольку совершение дисциплинарного проступка могло повлечь расторжениетрудового договора по инициативе работодателя. Работник не представил достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что работодатель вынудил его заключить указанное соглашение.

Никакие предшествовавшие увольнению события, в том числе обстоятельства привлечения работника к дисциплинарной ответственности, не имеют правового значения, так как факт нарушения трудовой дисциплины не был положен в основу увольнения посоглашению сторон. Апелляционное определение Ярославского областного суда от 25.02.2013 по делу N 33-1244/2013Требования работника: восстановить на работе.Обстоятельствадела: Работодатель издал приказ об увольнении работника за прогул.

После ознакомления с данным приказом работник подал заявление об увольнении по соглашению сторон и был уволен по этому основанию.Выводи обоснование суда: Увольнение правомерно. В удовлетворении требований работника отказано. Решение суда первой инстанции оставлено в силе.Междусторонами была достигнута договоренность о расторжении трудового договора по соглашению сторон.

Мотивы, по которым каждая из сторон решает выступить с инициативой о расторжении трудового договора, не имеют правового значения.Работник не представил доказательств, свидетельствующих о том, что заявление об увольнении было написано им при отсутствии свободного волеизъявления, под влиянием угроз работодателя. Тот факт, что первоначально работодатель предполагал уволить работника за прогул, не является доказательством недобровольности и вынужденности написания заявления об увольнении по соглашению сторон. Кассационное определение Ярославского областного суда от 04.02.2010 по делу N 33-430Требования работника: признать увольнение незаконным, восстановить на работе.Обстоятельствадела: Работница несколько раз была привлечена к дисциплинарной ответственности.

Работодатель намеревался уволить ее по п. 5 ч. 1 ст. 81ТК РФ (неоднократное неисполнение трудовых обязанностей, если имеется дисциплинарное взыскание).

Работница написала заявление об увольнении посоглашению сторон.Вывод и обоснование суда: Увольнение правомерно.

Вудовлетворении требований работницы отказано. Решение суда первой инстанции оставлено в силе.Мотивы, по которым работница приняла решение уволиться, значения не имеют. Сам по себе факт того, что первоначально работодатель планировал уволить работницу по п.

5 ч. 1 ст.81 ТК РФ, не является достаточным доказательством недобровольности и вынужденности ее заявления об увольнении по соглашению сторон. Определение Санкт-Петербургского городского суда от 27.04.2009 N 5562Требования работника: признать увольнение незаконным, восстановить на работе.Обстоятельствадела: Работодателем проведена служебная проверка, по результатам которой предложено объявить работнику выговор или с учетом ранее наложенных дисциплинарных взысканий расторгнуть трудовой договор.

Работодатель предложил работнику заключить соглашение об увольнении, которое впоследствии было подписано.Вывод и обоснование суда: Увольнение правомерно. В удовлетворении требований работника отказано.

Решение суда первой инстанции отменено, и вынесено новое решение.Показаниясвидетелей, указавших, что после оглашения результатов проверки работнику было предложено подписать соглашение о расторжении договора, не могут свидетельствовать о психологическом давлении на работника. Заключение соглашения состоит в том, что одна сторона предлагает свои условия, а другая сторона соглашается с ними или отклоняет.

Заключение соглашения состоит в том, что одна сторона предлагает свои условия, а другая сторона соглашается с ними или отклоняет. Кассационное определение Санкт-Петербургского городского суда от 25.05.2011 N 33-7694Требования работника: признать увольнение незаконным, восстановить на работе.Обстоятельствадела: Между работницей и работодателем возникла конфликтная ситуация. Работодатель незаконно отстранил работницу от работы (объявил простой, заблокировал пропуск на работу), угрожал уволить «по статье».

Работница написала заявление об увольнении по соглашению сторон.Вывод и обоснование суда: Увольнение правомерно. В удовлетворении требований работницы отказано. Решение суда первой инстанции оставлено в силе.Работницанаписала заявление об увольнении заранее, затем его переписывала.

Она имела возможность обдумать свое решение, не подавать заявление, если ононе соответствовало ее волеизъявлению. Угрозы незаконного увольнения не свидетельствуют о вынужденном характере увольнения по соглашению сторон.

Решение Клинского городского суда Московской области по делу N 2-1496/10Требования работника: признать увольнение незаконным, восстановить на работе.Обстоятельствадела: В отношении работника были составлены акт и докладная записка о совершении им дисциплинарных проступков. Работник позвонил по телефону исообщил, что хочет расторгнуть трудовой договор. Соглашение было направлено работнику по почте, он его подписал, поставил дату и вернул работодателю.Вывод и обоснование суда: Увольнение законно.

В удовлетворении требований работника отказано.Акти докладная записка о совершении работником дисциплинарных проступков не подтверждают факт вынужденного подписания работником соглашения о прекращении трудового договора.

Решение Салаватского городского суда Республики Башкортостан от 14.09.2010 по делу N 2-1705/2010Требования работника: признать увольнение незаконным, восстановить на работе.Обстоятельствадела: Работодатель обратился в первичную профсоюзную организацию за получением мотивированного мнения относительно увольнения работника по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ (неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, если имеется дисциплинарное взыскание).

Профсоюз согласился с правомерностью увольнения. Однако впоследствии с работником было заключено соглашение об увольнении по п.

1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (соглашение сторон).Вывод и обоснование суда: Увольнение правомерно. В удовлетворении требований работника отказано.Наличие конфликтной ситуации между работником и работодателем не может свидетельствовать о вынужденном характере увольнения. 2.2.4. Увольнение по п. 1 ч. 1 ст.

77 ТК РФ признано законным, поскольку работник, представив переработанную аудиозапись, не доказал, что соглашение заключено под давлением Апелляционное определение Владимирского областного суда от 17.05.2012 по делу N 33-1268/2012 Требованияработника: признать соглашение о расторжении трудового договора недействительным, приказ об увольнении незаконным, восстановить на работе.Обстоятельства дела: Между работницей и работодателем было заключено соглашение о расторжении трудового договора. Впоследствии работница заявила, что при подписании соглашения на нее оказывалось физическое и психологическое давление.

В качестве доказательства она представила экспертное заключение о наличии на телефоне аудиозаписи.Выводи обоснование суда: Увольнение правомерно. В удовлетворении требований работницы отказано.

Решение суда первой инстанции оставлено в силе.Аудиозаписьразговора с работодателем является недопустимым доказательством, поскольку произведена на мобильный телефон, а представлена в суд на съемном USB-носителе, т.е.

в переработанном виде. Место осуществления записи и лица, участвовавшие в разговоре, достоверно не установлены. Таким образом, доказательства того, что соглашение о расторжении трудового договора подписано работницей под давлением, отсутствуют.

2.2.5. Увольнение по п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ признано законным, поскольку работник не доказал, что заключил соглашение в стрессовом состоянии, вызванном действиями работодателя Апелляционное определение Саратовского областного суда от 28.06.2012 по делу N 33-3502/2012Требованияработника: признать соглашение о расторжении трудового договора недействительным, приказ об увольнении незаконным, восстановить на работе.Обстоятельства дела: Работница подписала соглашение о расторжении трудового договора по п.

1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. Приказ о ее увольнении был издан в тот же день. Работница указывала на то, что подписала соглашение, находясь под сильным психологическим давлением со стороны работодателя.Вывод и обоснование суда: Увольнение правомерно.

В удовлетворении требований работницы отказано.

Решение судапервой инстанции оставлено в силе.Представленное работницей экспертное заключение о ее личности не может служить доказательством принуждения к подписанию соглашения о расторжении трудового договора. Оно указывает на индивидуально-психологические особенности работницы (высокая эмоциональная чувствительность, тревожность, склонность к переживаниям, признаки неблагоприятных психологических изменений в связис ситуацией увольнения и т.д.), но не свидетельствует о противоправных действиях со стороны работодателя.

Оно указывает на индивидуально-психологические особенности работницы (высокая эмоциональная чувствительность, тревожность, склонность к переживаниям, признаки неблагоприятных психологических изменений в связис ситуацией увольнения и т.д.), но не свидетельствует о противоправных действиях со стороны работодателя.

Доказательств отсутствия волеизъявления на расторжение трудового договора работница не представила. Апелляционное определение Псковского областного суда от 26.06.2012 по делу N 33-991\12Требования работника: восстановить на работе.Обстоятельствадела: Работница была уволена по соглашению сторон. Основанием послужилонаписанное ею заявление о расторжении трудового договора по соглашению сторон.

Работница утверждала, что при написании заявления и подписании соглашения о расторжении трудового договора она не понимала значения своих действий, находясь под психологическим давлением, оказываемом на нее работодателем.Вывод и обоснование суда: Увольнение правомерно. Вудовлетворении требований работницы отказано.

Решение суда первой инстанции оставлено в силе.Неправомерных действий в отношении работницы не совершалось.

Инициатива увольнения по соглашению сторон правомерно исходила от работодателя.

Достигнутое между сторонами соглашение оформлено в письменном виде, срок увольнения и условия компенсационных выплат оговорены и исполнены.Из заключения судебно-психиатрической экспертизы следует, что во время написания заявления об увольнении работница могла понимать значение своих действийи руководить ими. 05 Ноября 2016, 17:54 0 0 Все услуги юристов в Москве Гарантия лучшей цены – мы договариваемся с юристами в каждом городе о лучшей цене. Похожие вопросы 21 Сентября 2017, 09:49, вопрос №1757696 06 Февраля 2018, 13:03, вопрос №1897712 21 Июля 2014, 23:37, вопрос №507965 16 Августа 2018, 11:54, вопрос №2080263 14 Декабря 2016, 22:45, вопрос №1474252 Смотрите также

Допустимо ли давление на суд в правовом государстве?

В последнее время в социальных сетях Интернета разгорелась жаркая дискуссия по поводу того, до каких пределов может простираться критика деятельности суда по отправлению правосудия, каковы ее пределы, когда критика переходит в разряд очевидного давления и допустимо ли это в принципе?

Рекомендуем прочесть:  Кк расчитать чистую прибыль

() статья Айгуль Кенжебаевой, Председателя Управляющего совета Коллегии коммерческих юристов Kazahstan Bar Association (КазБар)

«Адвокатура несется в пропасть: способно ли что-нибудь это остановить?»

и статью-отзыв на указанную статью известного правозащитника Евгения Жовтиса «Судебная система не жена Цезаря», размещенная в Аналитическом интернет-портале ratel.kz () и др. Не имея намерения каким-либо образом претендовать на истину в последней инстанции, но желая выразить свое мнение по развернувшейся дискуссии по вопросам, актуальность которых несомненна, мне, как практикующему судье, хочется, прежде всего, отметить, что судебная власть, в силу реализации действующего в каждом демократическом правовом государстве, к каковым несомненно относится и Республика Казахстан, принципа «разделении властей», является отдельной самостоятельной ветвью единой государственной власти. Соответственно, и Конституция Республики Казахстан содержит сбалансированный комплекс норм, регулирующих специфическое положение судебной системы в системе государственной власти в нашей стране (об этом будет подробнее сказано ниже).

При этом положения действующего Основного Закона о статусе судьи в РК основаны на мощном надежном фундаменте общепризнанных международно-правовых норм и установлений. Так, в Европейской хартии о статусе судей (Сборник нормативных актов о суде и статусе судей в Российской Федерации. М., 2004,Вып.3, кн.2, С.256-261) закреплено положение о том, что целью статуса судей является обеспечение компетентности, независимости и беспристрастности, которых каждый гражданин вправе ожидать от судебных инстанций и от каждого судьи, которому доверена защита его прав.

Статус судей должен исключать возможность принятия и применения любых нормативных положений или процедур, способных поколебать доверие к их компетентности, независимости и беспристрастности.

Реализуют судебную власть судьи – специально уполномоченные на то должностные лица, замещающие государственные должности в органах судебной системы. Основные международные стандарты и требования по обеспечению независимости судебной власти закрепляются в целом ряде документов ООН. Среди них — Всеобщая декларация прав человека, принятая ООН в 1948 г., Конвенция о защите прав человека и основных свобод (1950г.), Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах 1966г., Международный пакт о гражданских и политических правах 1966г., Основные принципы независимости судебных органов, принятые седьмым конгрессом ООН (1985г.) по профилактике преступности и обращению с правонарушителями (далее «Основные принципы»), Резолюция ЭКОСОС о процедурах эффективного внедрения Основных принципов и другие.

Так, согласно статье 10 Всеобщей декларации прав человека, принятой на третьей сессии Генеральной Ассамблеи ООН 10 декабря 1948 года, каждый человек для определения его прав и обязанностей, и для установления обоснованности предъявленного ему уголовного обвинения имеет право, на основе полного равенства, на то, чтобы его дело было рассмотрено гласно и с соблюдением всех требований справедливости независимым и беспристрастным судом (Сборник нормативных правовых актов, Алматы, «Юрист», 2011, С.32) Ратифицированный нашей страной Международный Пакт о гражданских и политических правах 1966 года гарантирует каждому при рассмотрении любого уголовного обвинения, предъявляемому ему, или при определении его прав и обязанностей в каком-либо гражданском процессе право на справедливое и публичное разбирательство дела компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона (Международный Пакт о гражданских и политических правах 1966 года // Бюллетень международных договоров РК.- 2006, №4) В основных принципах, касающихся независимости судебных органов, принятых седьмым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, состоявшимся в Милане с 26 августа по 6 сентября 1985 года, и одобренных резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 40/32 от 29 ноября 1985 года говорится, что «независимость судебных органов гарантируется государством и закрепляется в конституции или законах страны.

Все государственные и другие учреждения обязаны уважать и соблюдать независимость судебных органов.

Судебные органы решают переданные им дела беспристрастно, на основе фактов и в соответствии с законом, без каких-либо ограничений, неправомерного влияния, побуждения, давления, угроз или вмешательства, прямого или косвенного, с чьей бы то ни было стороны и по каким бы то ни было причинам» () Правовое государство характеризуется обеспечением верховенства закона, функционированием в таком государстве полноценной системы сдержек и противовесов, в чем правосудие играет одну из главных ролей, максимально полной реализацией прав и законных интересов человека и гражданина.

Конституции РК, судебная власть осуществляется от имени Республики Казахстан и имеет своим назначением защиту прав, свобод и законных интересов граждан и организаций, обеспечение исполнения Конституции, законов, иных нормативных правовых актов, международных договоров Республики. Согласно ст.77 Конституции, судья при отправлении правосудия независим и подчиняется только Конституции и закону.

Какое-либо вмешательство в деятельность суда по отправлению правосудия недопустимо и влечет ответственность по закону.

В соответствии со ст.79 Конституции, суды состоят из постоянных судей, независимость которых защищается Конституцией и законом. Тем самым, с учетом уже одного факта того, что вынесение судьями судебных решений от имени государства производимое, как мы уже отметили выше, специально уполномоченными на то лицами – судьями, порядок наделения которых необходимыми властными полномочиями (статусом) постоянно совершенствуется, приближаясь в настоящее время в нашей стране к высоким мировым стандартам, соответственно, априори все вышеуказанное требует изначального уважительного отношения к вершителям правосудия, к их весьма специфической деятельности, осуществляемых в особой процессуальной форме, наличие которой, кстати, отличает судебную систему от других ветвей власти. И вовсе не случайно, что в «О судебной системе и статусе судей» предусмотрено, что проявление неуважения к суду или судье может влечь установленную законом ответственность.

Авторитет суда, честь и достоинство лиц, участвующих в отправлении правосудия, являются одними из важнейших условий осуществления судом своих функций.

Факты проявления неуважения к суду могут отрицательно сказаться на ходе процессуальной деятельности, выполнении судом высоких задач по охране прав и свобод человека и гражданина, а также лишают судебный процесс воспитательной роли. Соответственно, нападки на суд и конкретных судей во вне процессуальном порядке, особенно в грубой нетактичной форме, на наш взгляд, просто недопустимы.

Функция адвоката, как одного из участников процесса, заключается в том числе в представительстве интересов клиента в судебном процессе (представитель стороны в гражданском процессе, защитник подсудимого или представитель потерпевшего, свидетеля в уголовном процессе).

Функция представительства (защиты) в судебном заседании, несомненно, весьма важна и при надлежащем осуществлении заслуживает всяческого уважения и поэтому также защищается Законом РК «Об адвокатской деятельности», многочисленными нормами соответствующих процессуальных Кодексов, в которых закреплены и подробно регламентированы процессуальные права участников процесса. Следует отметить, что перечень этих процессуальных прав весьма и весьма обширен, то есть адвокаты в нашей стране обладают всеми возможностями полноценного осуществления своих функций, реализуя надлежащим образом свои полномочия, конечно, действуя в рамках допустимого законом.

Однако это не дает никому права злоупотреблять своими процессуальными полномочиями.

Не секрет, что нередко судьи становятся объектами «критических» выпадов в СМИ, и особенно в социальных сетях Интернета, в случае несогласия адвокатов (защитников, представителей сторон) с вынесенными судебными решениями.

Но ведь здравый смысл подсказывает, что несогласие адвоката с судебным решением вовсе не означает, что судом вынесено незаконное и необоснованное решение. В отдельных случаях это своего рода «пиар-акция» со стороны адвоката, проигравшего процесс в суде первой инстанции, и понимающего, что в строго процессуальном порядке другого решения принято быть и не может, однако желающего «сохранить лицо» перед своим доверителем, тем более в условиях, когда адвокат работает по соглашению.

В то же время представляется абсолютно недопустимыми попытки и вовсе подменить установленный процессуальный порядок и необходимость соблюдения установленной законом инстанционности пересмотра судебных актов непроцессуальным выражением несогласия с ними, «бросающим тень» на суд или конкретного судью, с одной единственной целью оказания давления на вышестоящие судебные инстанции с помощью развязанной «дискуссии», в обсуждение которой включается множество лиц, чем пытаются придать таким делам незаслуженный статус «резонансных дел». Но ведь это противоречит принципу свободы принятия судом процессуальных решений.

Вот это, если говорить в общих чертах, и есть попытка «давления на суд» с помощью общественного мнения, которое, несомненно, может быть ошибочным, не учитывая всех фактических обстоятельств дела (будучи основанным исключительно на субъективных интерпретациях проигравшей стороны) и т.д. В то же время, важность обеспечения независимости в деятельности судов подчеркнута Верховным Судом и в нормах специально вынесенного Нормативного постановления, имеющего общеобязательный нормативный характер, закрепившим положения о том, что никто не имеет права оказывать в какой-либо форме «давление» на судебную власть и на судей, как представителей этой власти; это недопустимо и карается суровой ответственностью, вплоть до уголовной. Ведь правосудие в условиях несвободы просто невозможно.

Мы не против обсуждения мотива вынесенных судебных постановлений. Но она должна быть обоснованной и корректной. В противном случае может дезинформировать общество.

При этом важное значение имеют такие публикации в СМИ: в них преподносится утверждение, как мнение автора или проверенные факты? В этой связи, профессиональная принадлежность адвоката к юридическому сообществу налагает дополнительный вес критике процессуальных действий и решений суда.

Положение адвоката в обществе пользуется большим доверием при осуществлении судебной защиты.

А значит, его оценка и мнение воспринимается как истина. Но что получается на практике? Как мне стало недавно известно, в городе Алматы существует порочная практика, когда некоторые участники процесса и лица, не являющиеся таковыми, стремясь усилить свои доводы о несогласии с выводами предварительного следствия до рассмотрения дела по существу, а также с вынесенным судебным актом, не вступившим в законную силу, выкладывают в социальных сетях Интернета отдельные процессуальные акты и даже аудиовидеозапись протоколов судебных заседаний, полученных ранее в установленном порядке в суде либо при иных неизвестных условиях!

Считаем, что такая практика является просто недопустимой, т.к.

еще до рассмотрения дела по существу и вступления судебного акта в законную силу все подробности, включая в отдельных случаях важные сведения, в том числе касающиеся подробностей по данному конкретно рассматриваемому делу; порой это касается обстоятельств личной жизни участников процесса, и вот все это становится достоянием неопределенного числа третьих лиц, в том числе и из преступной среды.

Это чревато самыми неблагоприятными последствиями, в том числе может при определенных обстоятельствах способствовать и совершению каких-либо противоправных действий, например, в отношении потерпевших, свидетелей.

Немало публикаций, где авторами делаются «намеки» на проявления коррупции со стороны суда, при этом такие авторы не утруждают себя приведением каких-либо доказательств своим утверждениям.

Поэтому полагаем, что можно было бы предложить на законодательном уровне ввести ответственность авторов за такие «публикации», дифференцировав ее в зависимости от наступивших последствий. Мы в своей позиции исходим исключительно из интересов общества и государства: ведь если разобраться, такие агрессивные выпады против судебной системы отнюдь не так безобидны, как может кому-то показаться на первый взгляд, поскольку способствуют росту правового нигилизма, тенденциозности, росту напряженности в обществе, массовому неуважению к закону; применительно к деятельности судов можно уже говорить о пренебрежительном отношении к одной из ветвей государственной власти, осуществляющей специфическую функцию п р а в о с у д и я, в том числе обладающей исключительными правомочиями рассматривать споры между ветвями власти, следовательно, правы те, кто усматривает в этом определенную политическую подоплеку «раскачивания» ситуации в наше непростое время. Нургазы Абдиканов, председатель Алматинского городского суда

Систематически оказывал давление на судей, но наказанию не подлежит

Высшая квалифколлегия судей 19 сентября попыталась, но так и не смогла привлечь к дисциплинарной ответственности экс-зампредседателя Воронежского областного суда Владимира Маслова.

Насчитав в его деле более полудюжины весьма серьезных эпизодов, каждый из которых мог бы стоить как минимум карьеры любому судье, ВККС неожиданно была вынуждена констатировать неуязвимость Маслова перед законом. К тому моменту, как квалифколлегия «добралась» до бывшего служителя Фемиды (а было это уже после пяти часов вечера), ее ряды основательно поредели.

Свое кресло по неотложным делам покинул даже Николай Тимошин, так что вести заседание пришлось его заместителю – судье ВС РФ Владимиру Попову.

Окинув взглядом пустую «скамью провинившихся», где обычно занимают места привлекаемые к дисциплинарной ответственности судьи, а потом и угол представителей ККС и следствия, Попов с некоторым огорчением констатировал: на рассмотрение дела Маслова не явился… вообще никто!

Впрочем, в следующую минуту открылась и причина этого – бывший воронежский судья оказался извещен о дате заседания, но попросил провести его в свое отсутствие, не прислав даже представителя.

– Маслову была вручена телеграмма, – пояснил Попов.

– Он ходатайствовал о рассмотрении без него… а решение коллегии просит отправить по адресу проживания. Затем он изложил материалы дела, из которых следовало, что обладатель первого квалифкласса Маслов занимал должность зампреда облсуда с марта 2007 года, а в мае 2016 года. В ВККС поступило представление президиума Совета судей РФ с прикрепленными к нему многочисленными материалами, в частности обращением руководителя СУ СКР по Воронежской области, в котором тот просит провести проверку действий Маслова и привлечь его к ответственности.

– В обращении этом говорится о восьми… да, восьми фактах, – сообщил коллегам Попов. – Все материалы у вас есть. По его словам, дисциплинарная комиссия изучила многочисленные расшифровки «бесед с судьями» Черноземья и установила, что экс-зампред нередко выходил за границы своих полномочий, а заодно и Кодекса судейской этики. – Это, например, судьи районных судов Воронежа, мировые судьи… Они признались, что Маслов неоднократно оказывал на них давление по конкретным гражданским делам, настаивая на принятии нужных ему решений, – отметил докладчик.

– То есть это факты склонения Масловым судей к принятию судебных решений с учетом его личного мнения. И они частично подтвердились, а именно семь из восьми.

Попов констатировал: в поведении судьи в отставке

«усматриваются признаки действий, свидетельствующих о влиянии на действия судьи при принятии им решений»

. А заодно систематическое попрание императивных норм права и искажение базовых принципов судопроизводства, что привело, в свою очередь, к умалению авторитета судебной власти. Листая дело, судья заметил, что в нем помимо прочего содержится один любопытный документ, а именно – постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по ряду статей УК РФ «в связи с отсутствием события».

Однако тут же то, что делал Маслов, было названо «воспрепятствованием осуществлению правосудия».

– Доклад окончен. Ну что, остаемся обсуждать?! – живо произнес Попов, и двери за членами ВККС закрылись почти на час. Судя по всему, при обсуждении дела эмоциональный градус был основательно повышен: даже через отменную звукоизоляцию из зала то и дело доносились отзвуки бурных дискуссий. – Ну что же вы! Ну нельзя же так!
– Ну что же вы! Ну нельзя же так!

– Нельзя было не узнать зычный голос бывшего сенатора Михаила Капуры.

Ему что-то горячо возражал завкафедрой конституционного права юридического института РУДН Виталий Еремян… Финал же оказался несколько обескураживающим. Согласно решению ВККС, информация в отношении Маслова просто «принималась к сведению». Более того, квалифколлегия усмотрела ряд бесспорных оснований для прекращения отставки экс-зампредседателя облсуда.

И тем не менее она отказалась принять такое решение из-за истекшего срока давности по всем упомянутым эпизодам.

Напомним, Владимир Маслов и его шеф Виталий Богомолов ушли из суда в мае 2016 года, когда была задержана скандально известный адвокат Мария Григорашенко, обладатель легендарного «зеленого блокнота» с подробным судейским «прайс-листом». Воронежская судебная система около года сотрясалась от череды скандалов, а потом, под занавес уже 2017 года, облсуд Василий Тарасов, вскоре отправивший в отставку порядка двадцати судей региона.

Отвод судье как «воздействие на суд»

Резонансными (обсуждаемыми в юридическом сообществе) стали два определения судей «налогового состава» арбитражного суда г. Москвы по делу № от 23 апреля 2018 г.

В первом определении председатель шестнадцатого (налогового) судебного состава Н. отклонила заявление представителя налогоплательщика об отводе судьи Б. Основными аргументами судьи Н.

стали доводы о том, что подозрения в беспристрастности судьи Б. были бездоказательными (объективно неподтвержденными), а сравнение манеры ведения процесса этой судьи с другими судьями – неэтичными (судья Б. — опытная и квалифицированная).

Далее судья Н. напомнила заявителю о АПК РФ, которая запрещает какое-либо постороннее воздействие на судей арбитражных судов и влечет за собой ответственность, установленную законом.

Эта мысль увязана с другой:

«заявление об отводе не может быть использовано стороной по делу в качестве способа оказания давления на суд с целью определенного и желаемого результата рассмотрения ее заявлений, ходатайств и дела по существу»

. Такая связка позволяет прийти к выводу (который в определении отсутствует), что в данном случае заявитель именно в таких целях и использовал свое право на отвод судьи Б. В этот же день судья Б. вынесла свое определение: руководствуясь , и АПК РФ за неуважение к суду, выразившееся заявлением отвода судье Б.

суд определил наложить на заявителя штраф в размере 100 000 рублей, что по мнению судьи Б. будет способствовать формированию уважительного отношения к закону и суду.

Представляется, что оба эти определения арбитражного суда г.

Москвы разрушают уважительное отношение граждан к закону и суду, что нарушает задачи судопроизводства в арбитражных судах, определенные в АПК РФ. Требования и АПК РФ к «воздействию на суд» Конституционное требование независимости судей, их подчинение только и федеральному закону ( Конституции РФ) обеспечивается конституционными принципами, в том числе – принципом состязательности и равноправия сторон (, Конституции РФ).

Именно право на такой независимый и компетентный суд гарантировано Конституции РФ.

Одной из санкций за нарушение этого права выступает институт отвода судьи, предусмотренный АПК РФ. Одним из оснований для отвода судьи в законе указаны в том числе обстоятельства, которые могут вызвать у стороны сомнения в его беспристрастности ( АПК РФ).

Обязательным процессуальным требованием к судье, открывающему любое судебное заседание служит разъяснение лицам, участвующим в деле, их право заявлять отводы ( АПК РФ). Эта обязанность, вмененная судье законодателем, не может быть признана случайной или излишней (формальной). Она напоминает судье, что он – воплощение закона, его слуга и находится под контролем лиц, участвующих в деле.

Именно лица, участвующие в деле ( АПК РФ), более всех иных заинтересованы в качестве правосудия, адекватной (законной и обоснованной) защите судом своих нарушенных или спариваемых прав. Методы реализации их законных интересов перечислены в АПК РФ, где наряду с иными процессуальными правами предусматривается также право заявлять отводы суду, а также обжаловать судебные акты.

Исходя из изложенного, реализацию лицами, участвующими в деле, своих прав, предусмотренных АПК РФ, нельзя признать

«посторонним воздействием на судей арбитражных судов, влекущим за собой ответственность, установленную законом»

. Институт отвода судьи преследует те же цели, что и институт обжалования судебных актов – это борьба с судебными ошибками, обусловленными нарушением судом норм материального и процессуального права, неверным установлением и оценкой фактических обстоятельств дела. Но в отличие от апелляционной или кассационной жалобы отвод судьи служит инструментом не исправления судебной ошибки, а её превентивного недопущения.

Представляется очевидным, что судья, ведущий процесс предвзято или иным образом проявляющий свою пристрастность или предубеждение к одной из сторон спора, не может вызывать доверия у этой стороны и весь смысл независимого правосудия утрачивается: стороне нет нужды далее доверять такому арбитру судьбу своего дела.

Основания для отвода Законодатель закономерно не привел полного или примерного перечня подобных обстоятельств, поскольку в каждом случае такие обстоятельства могут быть различными. В приведенном примере поводом для отвода судьи стал тот факт, что судья не задала сторонам процесса ни одного вопроса, а время для проведения судебного заседания отводилось так мало, что сторона не успевала высказаться или ответить на доводы оппонента (т.е.

нарушалось право быть выслушанным судом). Представляется, что эти обстоятельства заслуживают внимания. Из практики известно, что судья, не задающий вопросов сторонам, либо заранее знает, каким будет решение (ему уже все равно, что стороны говорят в процессе, ему и так все понятно), либо вообще не понимает существо спора и готов произвольно либо по «команде сверху» удовлетворить требования одной из сторон, переписав в своем решении его правовую позицию.

Из практики известно, что судья, не задающий вопросов сторонам, либо заранее знает, каким будет решение (ему уже все равно, что стороны говорят в процессе, ему и так все понятно), либо вообще не понимает существо спора и готов произвольно либо по «команде сверху» удовлетворить требования одной из сторон, переписав в своем решении его правовую позицию. И в том и в другом случае такие действия судьи нельзя признать законными, поскольку одинаково будут нарушены принципы состязательности судебного процесса ( АПК РФ), непосредственность судебного разбирательства ( АПК РФ), независимость судей арбитражного суда ( АПК РФ).

Судья Н. назвала такое процессуальное поведение судьи Б.

«манерой ведения процесса», при этом не дав этой манере никакой критичной оценки. Но вряд ли можно согласиться, что судья свободен в избрании «манеры ведения процесса». В данном случае эта «манера» свидетельствовала о нежелании судьи вникать в суть спора, а это – признак профессиональной непригодности судьи.

И этот признак не может быть оправдан большим опытом и квалификацией судьи.

Скорее, он объясняется усталостью судьи, его равнодушием или «профессиональным выгоранием». Если это так, то такой судья обязан сменить род своей деятельности или уйти на покой.

И заявленный отвод должен стать для судьи не раздражителем, а поводом задуматься, а стоит ли продолжать заниматься этим делом?

Другой заявленный аргумент также не получил всесторонней оценки председателем судебного состава. Заявитель не хотел доверить рассмотрение своего дела судье, который ранее уже рассматривал аналогичный спор между теми же сторонами и вынес решение не в пользу налогоплательщика.

Такой аргумент, хотя и не предусмотрен прямо в АПК РФ, тем не менее, может быть основанием для отвода судьи. Дело в том, что предыдущий спор вполне может выработать у судьи предвзятость к стороне, а у стороны – недоверие к судье. И если правовая ситуация аналогична, судье психологически трудно отступить от своих прежних выводов (поддержанных вышестоящими судебными инстанциями) и изменить свои убеждения в отношении тех же участников спора в аналогичной правовой ситуации.

Вполне естественно налогоплательщику предложить суду рассмотреть его дело в любом другом составе с целью исключить возможную предубежденность судьи и «шаблонное правосудие».

Автору этих строк доводилось заявлять отводы судьям арбитражного суда в аналогичной правовой ситуации. Хотя заявления об отводе отклонялись на законных основаниях, заявленный аргумент находил понимание как у самих судей, так и у председателей судов. Они соглашались, что при рассмотрении аналогичного спора между теми же лицами судьи связаны своим решением по предыдущему делу, и если даже они захотели бы вынести иное решение, им это было бы крайне некомфортно сделать.

Изменение собственной правовой позиции суда означало бы, что в первый раз была допущена судебная ошибка. Но признавать свои ошибки публично никому (в том числе судьям) не хочется. Иные признаки пристрастности судьи Сомнения в беспристрастности судьи арбитражного суда могут вызвать как разовые, так и систематические действия (бездействия) судьи.

Так, следы пристрастности судьи к стороне процесса может запечатлеть аудиозапись судебного заседания, на которой явно видна разница в обращении судьи к разным участникам судебного заседания (по громкости звука, интонации, стилю и эмоциональной окраске). Запись может подтвердить неуважительное, авторитарное, чванливое и даже хамское отношение судьи к стороне спора (что, к сожалению, иногда встречается в арбитражных судах). Сомнения в беспристрастности вызывает разная реакция судья на аналогичные ходатайства сторон.

Например, ходатайство одной стороны о приобщении доказательств к материалам дела (вызове свидетеля, назначении экспертизы, и т.д.) немотивированно удовлетворяются, а аналогичное ходатайство другой – так же немотивированно отклоняются. Тенденциозное формирование материалов арбитражного дела, когда приобщаются к делу только доказательства, подкрепляющие позицию только одной стороны судебного спора, а доказательства его оппонента игнорируются, свидетельствуют о том, что судья уже решил, в чью пользу он вынесет решение и готовит для такого решения непротиворечивую доказательственную базу.

Каждый судья оценивает доказательства по своему убеждению по критериям относимости, допустимости и достоверности ( АПК РФ). Но стороны спора не лишены права высказать свое отношение к доказательствам, способным повлиять на решение по делу. Именно поэтому суд обязан выслушать сторону перед приобщением к делу какого-либо доказательства по ходатайству другой стороны.

Сомнение в беспристрастности судьи может зародиться в тот момент, когда он приобщает к делу заведомо неотносимое, недопустимое или недостоверное доказательство несмотря на мотивированные возражения другой стороны. Согласно АПК РФ такие действия суда не могут быть предметом обжалования в апелляцию или кассацию, но они могут заронить недоверие к суду со стороны лица, участвующего в деле. Стоит согласиться, что приобщение судом к делу, например, заведомо недопустимого доказательства, контрпродуктивно.

Если таких случаев в одном процессе будет несколько, то это может говорить о предвзятом судействе и стать основанием для отвода судье. Свидетельством пристрастности к стороне может быть «инструктаж» судьи одной из сторон спора. Особенно возмущает налогоплательщика, когда судья, ранее работавший в налоговых органах, учит своего бывшего коллегу как ему устранить изъяны оспариваемого решения и что он должен принести в следующее судебное заседание.

Такими действиями судья поощряет получение доказательств за рамками налоговой проверки). Нельзя доверять рассмотрение своего дела полностью безразличному судье, который фактически не занимается вершением правосудия: читает журнал, газету, пишет на компьютере решение по другому делу, разговаривает с помощником или по телефону и т.д.

К сожалению, сегодня в арбитражных судах (особенно в апелляционной инстанции) нередки случаи, когда судьи не знакомятся с материалами дела: даже когда сторона ссылается на конкретные доказательства и называет их место в судебных материалах, «тележка с делом» мирно покоится в углу зала судебных заседаний, а судья не проверяет устных утверждений стороны. Такое судебное разбирательство нельзя признать непосредственным ( АПК РФ).

Поскольку квалифицированность суда презюмируется, незаконное поведение судьи в процессе может означать пристрастность либо заинтересованность в исходе дела. Можно ли наказывать лицо, заявляющее отвод судье?

Представляется, что нельзя. По общему правилу злоупотребление правом карается лишь отказом в его защите. Нельзя наказывать за реализацию права, прямо предусмотренного законом. Последствие ошибочного понимания своего права в данном случае может быть только одним — это отказ суда в его реализации.

Так, последствие ошибочно поданного иска или жалобы – это отказ в их удовлетворении, взыскание судебных издержек другой стороны спора. Если бы за такие ошибки следовали судебные штрафы, то очень скоро суд перестал бы быть действующим институтом разрешения юридических споров и страна погрузилась бы в правовой хаос: произвол и самосуд.

Из проанализированных определений арбитражного суда г. Москвы по делу №А40-13789/18-20-728 от 23 апреля 2018 г.

не следует, что заявитель отвода злоупотребил своим правом и каким-либо образом оскорбил честь и достоинство судьи Б.

Он высказал свое недоверие её беспристрастности и незаинтересованности.

Даже если заявитель при этом ошибся в своих оценках или не смог их убедительно доказать, то это не повод для привлечения его к какой-либо юридической ответственности. Напротив, такое заявление должно было озадачить судью и председателя судебного состава: это повод задуматься о причинах, препятствующих заявителю в желании рассмотреть его дело по закону, т.е. с соблюдением всех принципов, предусмотренных АПК РФ.

Такой желаемый результат действий заявителя нельзя признать неправомерным, а заявление об отводе судьи нельзя считать посторонним и запретным воздействием на судью. Суд не может обижаться на стороны за то, что они дают им больше работы. Суд должен понимать, что не общество должно суду, а суд должен обществу, т.к.

этот институт государственной власти существует за счет этого общества и для обеспечения его интересов. Такая «обидчивость» судей арбитражного суда г.

Москвы скорее доказывает правоту заявителя отвода и означает непонимание судьями Н. и Б. своего конституционного предназначения. Необоснованное наказание заявителя судебного отвода сродни возбуждению уголовного дела в отношении потерпевшего от преступления.

Оно не приводит к повышению доверия к суду и уважения к закону ни заявителя, ни других потенциальных участников судебного процесса. Авторы анализируемых судебных актов не учли, что искреннего обращения «уважаемый суд» нельзя привить судебными штрафами. Согласно АПК РФ подлежат отводу судьи, участвующее ранее при рассмотрении не аналогичного, а того же самого дела с участием тех же самых сторон.

Так, в арбитражном суде Мурманской области подряд обжаловалось два постановления о привлечении лица к таможенной ответственности.

Тождественным были стороны спора, вид правонарушения, нормы применимого права и фактические обстоятельства, различались только периоды правонарушений. Во всех судебных инстанциях, где оба спора рассматривались подряд теми же составами суда, после первого рассмотрения заявитель заявлял отвод этому составу суда, мотивируя это тем, что по второму делу этот состав не может быть беспристрастным (он связан своим собственным предыдущим решением по аналогичному делу). Считается, что для признания судебных ошибок существует суд вышестоящей инстанции, по закону сам суд, допустивший ошибку, вправе исправлять только опечатки, описки и арифметические ошибки.

В соответствии со АПК РФ суд не может ссылаться в обоснование своего решения на недопустимые доказательства («плоды отравленного дерева»).

Иногда в судебное заседание приносятся не все тома дела. Под заинтересованностью не всегда понимается коррупция.

Часто этот интерес судьи правомерный: хорошая статистика, получение премий, наград и продвижение по службе и т.д. См. ГК РФ. Согласно Конституции РФ признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

Такая методика применялась правоохранительными органами в «Кущевском деле».

Телефонное право подсудно

Специалисты уже назвали это дело беспрецедентным для России. Впервые на скамью подсудимых попал человек, попытавшийся воспользоваться телефонным правом.

А показания по этому поводу пришлось давать даже главе Высшего арбитражного суда РФ. Что же может быть преступного в звонке судье? По мнению следствия, — содержание разговора.

Лариса Ревенко, как установили дознаватели управления Федеральной службы судебных приставов по Москве, пыталась испугать людей в мантиях громкими именами и добиться нужного ей решения. На языке закона это называется «воспрепятствование правосудию». В просторечии: телефонное право.

Развязка этого необычного дела прошла в лучших традициях детективного жанра. В шесть утра в квартире Ларисы Ревенко раздался звонок. Хозяйка открыла дверь и увидела.

вооруженный спецназ. «Служба судебных приставов», — представились визитеры и предъявили постановление на обыск.

Она долго не могла понять, что происходит, по какому поводу обыск, за что? И никак не могла поверить, что все дело лишь в одном телефонном звонке, про который она, признаться, и думать забыла. А началась история в конце этой весны.

В управление Федеральной службы судебных приставов по Москве поступило письмо председателя Федерального арбитражного суда московского округа. К нему прилагался доклад секретаря. Последняя сообщала: накануне ей позвонила некая женщина, представившаяся Еленой Сергеевной из приемной председателя Высшего арбитражного суда.

Поговорили о том о сем. Вот, мол, сообщила звонившая, один зампред у нас ушел, другой на больничном, ожидаются кое-какие перестановки. Общий такой разговор, по которому можно было судить, что позвонившая — из своих, судейских. А «на посошок» женщина сообщила: «Кстати, сегодня у вас будут рассматривать дело (назвала точный номер), так вот шеф (якобы глава Высшего арбитражного суда Антон Иванов) очень просил поддержать позицию.», и дальше объяснила, чью именно.

Но вместо того чтобы «уважить просьбу» своего главного начальника, недвусмысленно высказанную по телефону, арбитражные судьи написали заявление в службу судебных приставов, которая занимается в том числе и дознанием по таким делам. — Сначала мы проверили: действительно ли слушалось такое дело, о котором говорила звонившая, — рассказал корреспонденту «РГ» старший судебный пристав, заместитель начальника межрайонного отдела по особым исполнительным производствам Дмитрий Летунов.

— Было установлено, что действительно через три часа после звонка в суде рассматривалось данное дело.

Спор шел вокруг недвижимости в центре Москвы. Судья вынес решение, противоположное просьбе.

Нами было принято решение о возбуждении уголовного дела. В поисках таинственной Елены Сергеевны дознаватели «особого отдела» службы судебных приставов пришли в Высший арбитражный суд России.

«В рамках доследственной проверки были опрошены председатель Высшего арбитражного суда Антон Иванов и весь его секретариат»

, — рассказывает Дмитрий Летунов.

Выяснилось, что в секретариате главы Высшего арбитражного суда действительно есть сотрудница с таким именем. Но. она заверила, что понятия не имеет, о чем речь. Антон Иванов же пояснил, что вообще не слышал о таком деле, и поручений вынести «правильное» решение не давал и не мог дать.

Да и остальные сотрудники его секретариата от нехорошего звонка открестились.

Зато сообщили интересную деталь: в тот же день к ним звонила неизвестная, представившаяся сотрудницей прокуратуры, и попросила дать телефон председателя Федерального арбитражного суда Московской области.

Тогда дознаватель Олег Карелин направился на МГТС, где произвел ряд выемок документов.

Остальное было делом техники. Установили номер, с которого звонили в тот самый день и час. Навели справки про хозяйку. Вовсе она оказалась не Елена Сергеевна, а предпринимательница Лариса Анатольевна.

В том здании, вокруг которого шел спор, она арендовала офис. С владельцем дома или объекта недвижимости, если говорить на юридическом языке, они сдружились. А вот кто бы пришел хозяину на смену, проиграй тот суд, еще не известно.

Второй стороной выступал крупный государственный музей.

Вполне возможно, что его начальники не потерпели бы старых арендаторов или бы повысили цены. В общем, женщине было чего опасаться. Вот и решила поиграть в телефонное право со ссылкой на громкое имя.

Но в итоге и сама ничего не добилась, и неприятностей на себя навлекла. В ходе обыска дознаватели обнаружили улики, которые принято называть железными: блокноты с соответствующими записями, распечатки из Интернета с датой и т.п.

После обыска подозреваемую допросили, и она тут же призналась. Запираться было бесполезно. Выяснилось, что раньше обвиняемая работала в правоохранительных органах и потому имела представление, как работает судебная система. Это ей помогло быть убедительной в телефонных разговорах, но не помогло избежать суда.

«Она смогла грамотно и квалифицированно переговорить, и ее не разоблачили сразу, — говорит Дмитрий Летунов. — Не каждый это сможет, только подготовленный человек». «А если бы она позвонила из телефона- автомата?» — поинтересовался корреспондент «РГ» у него, но тот заверил, что и в этом случае найти ее было бы возможным.

Хотя в этом случае дознавателям пришлось бы труднее. «Но это не проблема, важно работать. А возможности у нас есть, — сказал он.

— Сейчас наша служба набирает обороты по расследованию различных уголовных дел». За полгода столичные дознаватели московского управления службы судебных приставов возбудили 53 уголовных дела, основная часть из них уже передана в суд. Среди них, в том числе, и воспрепятствование правосудию.

Раньше эта статья считалась скорее мертвой, чем живой. Но сейчас служба судебных приставов намерена серьезно взяться за подобные дела.

«Любому лицу, которое попытается влиять на правосудие, вмешаться в действие суда любым способом, может быть инкриминирована эта статья, — говорит Дмитрий Летунов. — Не важно, в какой форме он вмешивается.

Это могут быть угрозы и шантаж, а может, обычный звонок, даже от крупного чиновника.

Но судьи у нас независимые. Любое внепроцессуальное действие, которое воздействует на суд и принуждает его к вынесению неправосудного решения, — незаконно». Комментарий Антон Иванов, председатель Высшего арбитражного суда РФ: — Меня возмущают подобные случаи. За полгода моей работы в качестве председателя Высшего арбитражного суда РФ не было ни одной попытки оказать на меня давления ни по телефону, ни каким-то другим способом.

Но проблема все-таки есть. Многие граждане, видимо, по старинке считают, что большой начальник может снять трубку и отдать приказ судье. Что делать судье, если на него пытаются надавить?

Это вопрос к каждому конкретному судье, многое зависит от того, как он относится к своей профессии. Если он честный профессионал, если он уважает себя как представителя судейского корпуса, то ему все равно: звонят ему или не звонят, требуют или нет. Если бы я узнал, что кто-то из моих помощников пытался воспользоваться моим именем в подобных сомнительных целях, то этот человек уже на следующий день не работал бы в Высшем арбитражном суде.

Я считаю, что данное дело, которое будет рассматриваться в суде, очень показательно.

Оно еще раз подтверждает, что у нас есть все возможности оградить судей от так называемого телефонного права. Возможно, приговор суда послужит уроком для многих, желающих таким вот способом надавить на правосудие.

Власть Работа власти Госуправление Судебная власть Суды общей юрисдикции Верховный суд Реформа судебной власти

Определение субъекта преступления

Навязывание дачи ложных показаний может быть осуществлено самим следователем, участником следственной группы, дознавателем, прокурором и любым другим лицом, имеющим отношение к правоохранительным органам. Данное действие считается правонарушением только при обязательном условии, что следователь знает о давлении, оказываемом на свидетеля или эксперта:

  1. Давление на потерпевшего без ведома следственных органов регламентируется ст.309 УК РФ.
  2. Принуждение потерпевшего к даче показаний, взятию ответственности за какие-то действия или ложному признанию до начала уголовного дела называется превышением должностных полномочий, и классифицируется по ст.286.

Мотивами правонарушителей может быть карьерный рост, личные или служебные интересы.

Случаи, когда арбитражный суд был отведен в полном составе

Отвод всех судей арбитражного суда хоть и редко, но встречается в судебной практике.

Когда суды удовлетворяют заявления об отводе, они констатируют невозможность сформировать состав суда, так как решение, вынесенное любым судьей соответствующего суда, будет выглядеть предвзято со стороны общества или участников процесса. Пример № 1. В качестве третьего лица привлекли судью этого суда, не участвовавшего в рассмотрении дела.

Заместитель председателя суда счел, что это может вызвать сомнение в беспристрастности любого из судей, в связи с чем в данном случае сформировать новый состав суда не представляется возможным (определение Четвертого ААС от 27.12.2011 по делу № А78-6489/2011). Пример № 2. Председатель суда учел государственные контакты между судом и должником. Он обратился в ВАС РФ, который в целях сохранения объективности и беспристрастности предложил передать дело на рассмотрение другого суда.

Суд первой инстанции, передавая дело, сослался на п. 5 ч. 2 ст. 39 АПК. Апелляционный суд поддержал решение, указав на невозможность сформировать состав суда для рассмотрения дела (постановление 14 ААС от 15.02.2010 по делу № А52-1244/2009).

Пример № 3. Один из судей инициировал проверку, по результатам которой прокурор обратился в суд.

Несмотря на то, что судья не участвовал в рассмотрении этого дела, но был судьей этого суда, судья заявила самоотвод.

Последние новости по теме статьи

Важно знать!
  • В связи с частыми изменениями в законодательстве информация порой устаревает быстрее, чем мы успеваем ее обновлять на сайте.
  • Все случаи очень индивидуальны и зависят от множества факторов.
  • Знание базовых основ желательно, но не гарантирует решение именно вашей проблемы.

Поэтому, для вас работают бесплатные эксперты-консультанты!

Расскажите о вашей проблеме, и мы поможем ее решить! Задайте вопрос прямо сейчас!

  • Анонимно
  • Профессионально

Задайте вопрос нашему юристу!

Расскажите о вашей проблеме и мы поможем ее решить!

+